BUDOSHOSHINSHU
![]() |
![]() |

Тот,кто живёт в этом мире, может потакать всем своим желаниям;
тогда его алчность возрастает так,что он желает того, что принадлежит другим, и не довольствуется тем, что имеет, становясь похожим на простого торговца.Но если он всегда смотрит в лицо смерти, он не будет привязан к вещам и не проявит неуёмности и жадности, станет, как я говорил прежде, прекрасным человеком.Что касается размышления о смерти, то Ёсида Кэнко в "Цурэдзурэ-гуса" говорит, что монах Синкай имел обыкновение сидеть днями напролёт, размышляя о своёй кончине; несомненно, это очень удобный способ для отшельника, но не для Воина.
Ведь тогда он должен был бы пренебречь своим военным долгом и отказаться от Пути, верности и сыновней почтительности.Самурай же, наоборот, должен постоянно быть занят и общественным и личным.Но когда бы у него не появлялось немного времени для себя, чтобы побыть в безмолвии, он не должен забывать возвращаться к вопросу о смерти и размышлять о ней.
Разве не сказано, что Кусуноки Масасиге увещевал своего сына Масацуру всегда помнить о смерти?Всё это предназначено для обучения юного самурая.
Юдзан Дайдодзи (1636 - 1730)

Правильное и неправильное.
Воин должен глубоко понимать эти два качества.Если он знает, как делать одно и избегать другого, он обрёл бусидо.
Првильное и неправильное - это не что иное, как добро и зло, и хотя я не отрицаю, что различие между словами незначительно, поступать правильно и делать добро считается утомительным, а поступать неправильно и делать зло - лёгким и приятным, поэтому естественно, что многие склоняются к неправильному или злому и не любят правильное и доброе.Но быть непостоянным и не различать правильное и неправильное противоречит разуму, поэтому тот, кто различает их и при этом поступает неправильно, является не самураем, а грубым и неотёсанным существом.Причина тому - неумение управлять собой.Само по себе это может и не звучит так плохо, но если посмотреть глубже, мы увидим, что всё идёт от трусости.Поэтому я утверждаю, что самураю необходимо воздерживаться от неправильного и стремиться к правильному.
В свершении правильного есть три степени.Например, человек отправляется в путешествие вместе с соседом, а у его спутника есть сто рё золота, которые он чтобы не нести с собой, оставляет у этого человека до своего возвращения.При этом он никому ничего не говорит.Во время путешествия спутник вдруг умирает от переедания, или апоплексии, или ещё чего-нибудь, так что не остаётся вообще никого, кто бы знал о деньгах.Иной,только из сочувствия или сострадания, и без всяких злых мыслей, сразу же сообщает об этом родственникам и возвращает им деньги.Поистине, этот человек поступает правильно.Другой пример.Предположим, что человек, отдавший деньги, был мало с кем знаком, а родственников у него вообще нет, так что о деньгах никто не знает и даже никто не будет и спрашивать.И если этот человек, у кого их оставили, не слишком чист душой, он может счесть их подарком судьбы и подумать, что не будет ничего плохого в том, чтобы никому не говорить о них и оставить их у себя.Но потом он вдруг устыдится своих грязных мыслей и вернёт деньги.Это - правильный поступок из чувства стыда, порождённого разумом.Наконец, может случится так, что кто-либо из семьи или из слуг вдруг узнает о деньгах, и человек, утаивший их, приходит в ужас от того, что о нём могут или сказать в будущем, и поэтому возвращает всё.Таков правильный поступок из чувства стыда, связанного с другими людьми.Но здесь мы можем спросить,как бы он поступил, если бы никто не знал о деньгах.Поэтому, едва ли мы можем назвать его тем, кто, даже не зная, что является правильным, делает это.
Тем не менее, в целом кодекс правильного поведения гласит, что в первую очередь мы должны чувствовать стыд из-за презрительного отношения своей семьи, слуг и друзей;затем из-за презрения знакомых и других людей, и потому избегать неправильного и поступать правильно.Тогда это станет привычным и со временем мы приобретём склонность к предпочтению правильного и ненависти к неправильному.
То же касается и доблести.Рождённый храбрым спокойно бросится в битву под стрелы и пули.Исполненный верности и долга, он сделает своё тело мишенью и будет спешить,являя своей исключительной доблестью прекрасный пример для очевидцев.С другой стороны, может быть и такой, у кого при виде опасности дрожат колени и сердце, но он идёт вперёд, ибо стыдится оказаться единственным среди своих товарищей, кто дрогнул в наступлении, он боится потерять лицо.Так он укрепляет свою решимость и спешит вслед за храбрецом.Хотя он значительно слабее рождённого отважным, но после нескольких битв он привыкает и обретает опору, так что со временем его храбрость укрепляется и он становится Воином ничуть не худшим, чем рождённый бесстрашным.Поэтому, в свершении правильного и доблести нет иного начала, кроме чувства стыда.Ибо если человек говорит о неправильном, что это не имеет значения, и поступает неправильно;если видя труса, он лишь смеётся и тоже говорит,что это не имеет значения - как же тогда возможно обучить такого?
Выбор друзей
Самое главное для самурая, находящегося на Пути - общаться и заводить друзей только среди тех своих товарищей, которые отважны, верны долгу, умны и влиятельны.Но поскольку таких людей немного, следует среди многих приятелей выбрать одного Друга,на которого в случае необходимости можно полностью положиться.В целом, самураю нежелательно заводить близких друзей из числа тех, кого он любит и с кем он предпочитает есть, пить и путешествовать.Ибо если он проявит к одному из них расположение и сделает своим другом, полагая, что тот будет весёлым и хорошим спутником, они могут легко повести себя непристойным для самурая образом: относиться друг к другу без должных церемоний, вольно разваливаться друг напротив друга, распевать по вечерам песни и баллады дзёрури , обращаться друг к другу слишком фамильярно и ссориться из-за пустяков.А затем они могут помириться даже без обычных в таком случае слов.
Подобное предосудительное отсутствие достоинства лишь показывает, что, хотя внешне некоторые выглядят как самураи, сердца их как у нищих поденщиков.
Дружба
Надёжность - одно из качеств Пути воина, необходимых самураю, но ни в коем случае не желательно оказывать помощь без веских причин, ввязываться в дела, которые не имеют значения или принимать на себя обязательства в том, что не касается тебя самого, только ради того, чтобы сделать так-то или дать совет.Даже если дело в какой-то степени касается тебя, лучше остаться в стороне, если тебя никто не просит вмешаться.Ведь даже незначительные вопросы, не говоря уже о больших, могут привести к тому, что ты не сможешь устраниться, не подвергая риску свою драгоценную жизнь, которая должна находиться только в распоряжении твоего господина, или родителей.Поэтому я говорю, что самурай не должен без необходимости принимать на себя обязательства.
Когда самурая прошлого просили о каком-нибудь одолжении, он первым делом думал, стоит его делать или нет, в последнем случае он сразу же отказывался.А если и откликался на просьбу, то делал это только после тщательного размышления, когда он был готов выполнить её.Дело вскоре оказывалось решённым, а самурай заслуживал великую благодарность.Тот же, кто без раздумий берёт на себя какие-то обязательства, не сможет выполнить их должным образом, и, когда это обнаружится, приобретёт репутацию легкомысленного человека. Давать советы и высказывать суждения следует тоже только после тщательных размышлений.Ибо если родители, учителя, старшие братья, дядья могут дать неправильный советы своим детям, ученикам и племянникам без большого вреда, всё, исходящее из уст самурая, должно быть обдумано и взвешено.И особенно рассудительным он должен быть по отношению к своим друзьям и товарищам.
Когда его выбирают и просят принять участие в совете, он всегда может сказать, что не имеет мнения на этот счёт и отказаться обсуждать это.Но если как сопровождающее лицо он участвует в разговоре, лучше всего говорить то, что он думает, прямо, ясно и кратко, без оговорок и обращения внимания на возможное неудовольствие или возмущение других.Ибо если, по своей слабости или из-за опасений обидеть людей или оскорбить их, он бестактно колеблется, отворачиваясь от того, что верно, и соглашаясь с тем, что неразумно; или же, желая избежать ссоры, он позволяет себе говорить неприличные вещи, или перекладывает ответственность на других, его, в конце концов, будут считать плохим советником и презирать.
Точно также, тот, кто настолько глуп, что считает себя не нуждающимся в дружеском разговоре, полагая, что в советах нет необходимости и желая всё делать по-своему, при этом совершая глупости одна за другой, будет не слишком любим своими друзьями.
